Рассказ
Русская литература – Русская поэзия – Детские книги Все Русские Сказки – Советские сказки – Тургенев Иван – Сказки и Рассказы – Петушков – Оглавление
< < < Глава II
Глава IV > > >
III
Прошло две недели… Онисим каждое утро, по обыкновению, ходил в булочную. Вот однажды Василиса выбежала к нему навстречу.
— Здравствуйте, Онисим Сергеич.
Онисим принял мрачный вид и сердито проговорил:
— Здорово.
— Что ж это вы никогда к нам не зайдете, Онисим Сергеич?
Онисим угрюмо взглянул на нее.
— Что я зайду? чаем небось не напоишь.
— Напою, Онисим Сергеич, напою. Только вы приходите. И с ромом.
Онисим медленно улыбнулся.
— Что ж, пожалуй, коли так,
— Когда же, батюшка, когда?
— Когда… Эх, ты…
— Сегодня, вечерком, угодно? заверните.
— Пожалуй, заверну,— возразил Онисим и поплелся домой ленивым и развалистым шагом.
В тот же день, вечером, в маленькой комнатке, подле постели, покрытой полосатым пуховиком, за неуклюжим столиком сидел Онисим напротив Василисы. Тускло-желтый огромный самовар шипел и сипел на столе; горшок ерани торчал перед окошком; в другом углу, подле двери, боком стоял безобразный сундук с крошечным висячим замком; на сундуке лежала рыхлая груда разного старого тряпья; на стенах чернели замасленные картинки, Онисим и Василиса кушали чай молча, глядя в лицо друг другу, долго вертели в руках кусочки сахару, как бы нехотя прикусывали, жмурились, щурились и с свистом втягивали сквозь зубы желтоватую горячую водицу. Наконец они опорожнили весь самовар, опрокинули кверху дном круглые чашечки с надписями — на одной: «за удоблетворение», а на другой: «невинно пронзила», крякнули, отерли пот и начали помаленьку разговаривать.
— Что, Онисим Сергеич, ваш барин…— спросила Василиса и не договорила.
— Что барин…— возразил Онисим и подперся рукой. Известно, что. А вам на что?
— Так-с,— отвечала Василиса.
— А ведь он (тут Онисим осклабился), ведь он вам, кажись, письмо писал?
— Писали-с.
Онисим покачал головой с необыкновенно самодовольным видом.
— Вишь, вишь,— проговорил он хрипло и не без улыбки,— ну, а что такое он писал вам?
— А разное написал. Что, дескать, я, сударыня Василиса Тимофеевна, так; что вы не думайте; что вы, сударыня, не обиждайтесь; и много такого написал… А что,— прибавила она, помолчав немного,— он у вас каков?
— Живет,— равнодушно отвечал Онисим.
— Серчает?
— Куда ему! Нет, не серчает. А что, он вам ндравится? Василиса потупилась и засмеялась в рукав,
— Ну,— проворчал Онисим.
— Да на что вам, Онисим Сергеич?
— Да ну же, говорят.
— Что ж,— проговорила наконец Василиса,— они… барин. Разумеется… я… да и они уж… вы сами знаете…
— Как не знать? — важно заметил Онисим.
— Вам ведь наконец известно, Онисим Сергеич… Василиса видимо приходила в волнение.
— Вы скажите ему-то, вашему-то барину, что я, дескать, на него не сержусь, а что вот, мол… Она заикнулась.
— Понимаем-с,— возразил Онисим и медленно поднялся со стула. Понимаем-с. Спасибо за угощенье.
— Вперед милости просим.
— Ну, хорошо, хорошо.
Онисим приблизился к двери. Толстая баба вошла в комнату.
— Здравствуйте, Оиисим Сергеич,— сказала она нараспев.
— Здравствуйте, Прасковья Ивановна,— отвечал он также нараспев.
Оба постояли немного друг перед другом.
— Ну, прощайте, Прасковья Ивановна,— проговорил Онисим нараспев.
— Ну, прощайте, Онисим Сергеич,— отвечала она также нараспев.
Онисим пришел домой. Барин его лежал на постели и глядел в потолок.
— Где ты был?
— Где был?.. (За Онисимом водилась привычка с укоризной повторять последние слова всякого вопроса.) По вашему же делу ходил.
— По какому делу?
— А вы не знаете?.. К Василисе ходил.
Петушков замигал глазами и завертелся на постели.
— То-то воть и есть,— заметил Онисим и хладнокровно понюхал табаку,— то-то вот и есть. Вы всегда так. Василиса вам кланяется.
— Неужто?
— Неужто? То-то же вот и есть. Неужто!.. Велела сказать, что, дескать, отчего его не видать? отчего, дескать, не ходит?
— Ну, а ты что?
— Что я? Я ей сказал: глупа же ты,— я ей сказал,— станут к тебе такие люди ходить! Нет, ты приди сама,— я ей сказал.
— Ну, а она что?
— Она что?.. Она… ничего.
— То есть, однако, как же ничего?
— Известно, ничего. Петушков помолчал немного.
— Ну, и придет? Онисим покачал головой.
— Придет!.. Больно, сударь, прытки. Придет!.. Нет, это уж вы того.
— Да ведь ты сам говорил, что того…
— Мало ли чего! Петушков замолчал опять.
— Так как же, однако ж, братец?
— Как же?.. Вам лучше знать: вы барин.
— Ну нет, что уж тут…
Онисим самодовольно покачался взад и вперед.
— Вы Прасковью Ивановну знаете? — спросил он наконец.
— Нет. Какую Прасковью Ивановну?
— А булочницу?
— А, да, булочницу. Видал; толстая такая.
— Важная женщина. Она той-то, вашей-то, родная тетка.
— Тетка?
— А вы не знали?
— Нет, не знал.
— Эх…
Онисим из уважения к барину не досказал своей мысли.
— Вот бы вам с кем познакомиться.
— Что ж, я, пожалуй, не прочь.
Онисим одобрительно поглядел на Ивана Афанасьича.
— Но для чего, собственно, мне с ней знакомиться? — спросил Петушков.
— Эвона! — спокойно возразил Онисим. Иван Афанасьич встал, походил по комнате,, остановился перед окном и, не оборачивая головы, с некоторым замешательством произнес:
— Онисим!
— Чего-с?
— А не будет ли мне несколько, знаешь, неловко этак с бабой, а?
— Что ж, как знаете…
— Впрочем, я это только так. Товарищи могут заметить; все оно как-то… Впрочем, я подумаю. Дай-ка мне трубку… Так что ж она,— прибавил он после небольшого молчания,— Василиса-то, говорит, что, дескать…
Но Онисим не желал продолжать разговор и принял обычный угрюмый вид.
Русская литература – Русская поэзия – Детские книги Все Русские Сказки – Советские сказки – Тургенев Иван – Сказки и Рассказы – Петушков – Оглавление
Copyright holders – Public Domain Book
© 2023 Akirill.com – All Rights Reserved
AKirill, Learn, apprenez, translation, traduction, livres bilingues, bilingual books 